Элона Дзалаева рассказала о том, как создаются куклы-патриоты, разговаривающие на осетинском языке.

 О проекте…

На Машуке я была два раза. В прошлом году я ничего не выиграла, а в этом приехала с победой. Сейчас наш штат расширился, актеров уже больше. В последний раз 6 человек озвучивали. То есть у кукол 6 разных голосов. Приобрести куклы можно от 3 000 до 3 500 рублей.

Когда мы только думали о проекте, первые эскизы для игрушек мне рисовала художница. На ее эскизы мы попытались сделать игрушку. Естественно, за помощью обращались к Интернету. Мы смотрели, как люди выкройки делают, потому что раньше я этим никогда не занималась. Максимум, что я делала – это подшить, пришить что-то, если в быту необходимо.

Когда первый мишка был готов, я отправила его своим друзьям, и они не поверили. Спрашивали: «Это что, ты сделала?».

Об осетинском языке сегодня…

Язык - это все… Благодаря языку наша культура до сих пор жива. Многое нельзя объяснить на русском, но можно объяснить на осетинском. Все наши обычаи, традиции, молитвы – все на осетинском. И это передается из поколения в поколение именно благодаря языку. Если умрет язык, то, мне кажется, мы уже не будем осетинами. Уже пропадет соблюдение традиций, обычаев. Язык – это основа, одна из составляющих народа в целом.

Многие способствуют решению этой проблемы. Например, ребята, которые поют на осетинском языке старинные песни, ребята, которые недавно открыли кафе в национальном стиле «Къона». Сейчас вообще идет активное возрождение нашей культуры.

Я помню, когда я институт заканчивала, захотела юбку с орнаментом. Это было тогда редкостью. Сейчас они уже у всех есть: на свадьбы носят рубашки, платья с орнаментом. Мода на все осетинское переходит в жизнь. Это намного лучше, чем попытки перенять что-то западное. Все возвращается к корням, к истокам. И именно молодежь хочет быть ближе к предкам.

 О мечтах детства…

Я всегда танцевать хотела. Мечтала танцевать в государственном ансамбле, но мне рост не позволял, к сожалению. И, как говорят старшие: «Кафаг лæг хæдзар на хæссы». Все спрашивали, что я буду делать с этим дальше? Мол, танцуй для себя, но получи образование. Честно говоря, я до сих пор иногда думаю: «Эхх, почему я не пошла?».

Но уже в институте я хотела заниматься собственным делом, бизнесом. Работала по специальности некоторое время, а потом ушла в свое дело и не жалею, что рискнула.

 О будущем проекта…

Естественно, если дело уже расширять как массовое производство и переходить с десятка кукол на сотни, то нужно уже дополнительное финансирование, помещение. Об этом мы тоже думаем, но аренда сегодня очень дорогая.

Сейчас благодаря средствам «Машука» взяли в аренду оборудование. Но дальше уже надо будет думать, что делать. Конечно, финансовая помощь нужна.

 О нашей молодежи…

В основном они патриоты. По крайней мере, те, кого встречаю я. Многие ругают их, но, мне кажется, молодежь сейчас очень многое делает и для республики, и для своего народа, и для себя. Они к чему-то стремятся, пытаются чего-то достичь. Не надеются на родителей или кого-то еще, а справляются самостоятельно. Тот же самый «Машук» собирает много активных ребят каждый год. И они реально потом воплощают эти проекты в жизнь.

Единственное, что я могу им пожелать – просто верить в себя и ничего не бояться. Бывает такое, что возникает мысль: «Ой, вот у меня не получится. Зачем мне это надо? Легче же ничего не делать». Если появилась какая-то идея, какая-то цель – всегда идите к ней до конца и ни в коем случае не бросайте ее. А еще не нойте - это самое главное. Многие начинают ныть: «Вот, правительство плохое, все плохие». А ты с себя начни. Если каждый начнет с себя, все будет хорошо. «Работы нет, ничего нет»…Да все есть, надо просто искать и не лениться.

 Куклы для тебя – это… 

Мои дети (смеется). Это правда так, с ними даже расставаться не хочется. Каждая игрушка какая-то родная, в каждую вкладываешь душу. Мы недавно эксперимент провели: принесли игрушки в садик. Дети их буквально не выпускали из рук. В такие моменты понимаешь, что делаешь все не зря.

О проблеме исчезновения языков Кавказа…

Эта тема поднимается везде, но у нас она острее. Да, все языки Кавказа включены в ряды исчезающих. Но все-таки, мне кажется, в нашей республике масштабы проблемы больше.

Сейчас мы уже налаживаем контакты, ищем, где и как можно будет реализовывать производство наших игрушек в других регионах. Ребята с соседних республик ищут магазины, в которых мы сможем продавать куклы.

Я уже разговаривала с ребятами из Дагестана, Кабардино-Балкарии, Карачаево-Черкесии.

 О современных игрушках…

В ближайшее время будем делать новые игрушки. И уже хотим расширяться, поэтому куклы будут не только в осетинских национальных вещах, но и в обычных.

Когда все только зарождалось, мы хотели, чтобы дети больше делали уклон не на запад, а брали пример с нашей культуры. Игрушки тех же супергероев у всех и так есть. Если они еще и на осетинском заговорят…
Наоборот, хочется, чтобы дети видели и знали, какое богатство у нас есть, а не брали пример с персонажей западных  мультиков.
А детей ведь не заставишь. Предлагаешь посмотреть наш мультфильм, а они говорят: «Ой, мне это не интересно». И включают каких-то свинок.

Хотя детям нравятся игрушки. На примере своей сестры вижу, что она правда учит то, что кукла говорит.

О результатах проекта…

Могу сказать, что людям нравится, им интересно. И каждый раз, когда новый репортаж о игрушках выходит, уже думаешь: «Ну, наверно, все об этом знают». Но находятся люди, которые только узнают и пишут очень теплые слова и пожелания.

Многие из тех, кто приобрел детям игрушки, говорят, что дети с ними не расстаются. Раз людям нравится, мне кажется, есть какие-то плоды. Я очень надеюсь, что проект повлиял на ситуацию с исчезновением языка в республике. Конечно, игрушки не могут решить проблему полностью, но хоть какой-то вклад мы внесли.